Громкие чтения «Симфонии, стихи и Петербург Андрея Белого»
16 октября в библиотеке Русского клуба в Сиднее состоялись громкие чтения «Симфонии, стихи и Петербург Андрея Белого». В библиотеке собрались любители русской литературы, некоторые пришли первый раз к нам на чтения вместе. Так пришёл англичанин Vanya Lind с русскими корнями, который учился в Москве во ВГИКе, приехали в первый раз Алексей Ивачёв, некоторые новые женщины. Мы были рады разрастанию нашего литературного общества. На столах было представлено множество фотографий с Андреем Белым, лежали книги Андрея Белого из нашей библиотеки. Алексей Ивачёв принёс раритетные книги Андрея Белого из его личной библиотеки «Путевые заметки Сицилия — Тунис» и «Первое свидание», издания 1922 года в Берлине и книгу «Чтец декламатор», изданную в 1909 году в Киеве,типография Петра Барского. Все присутствующие с интересом смотрели все книги Андрея Белого.
Вела чтения Анна Качалова, она интересно рассказывала о жизни и творчестве Андрея Белого — одного из крупнейших русских поэтов Серебряного века, создателя мистического мира русской литературы Серебряного века. «Я — не я, и конь не мой...» - так можно было бы начать разговор о писателе, который всю жизнь стремился проникнуть за видимую поверхность мира, услышать музыку бытия и разгадать тайны человеческой души. Андрей Белый — один из самых необычных, загадочных и талантливых представителей русского Серебряного века. Поэт, прозаик, литературный теоретик, создатель оригинального художественного языка, он превратил литературу в пространство философских поисков, музыкальных ритмов и мистических прозрений.
Его настоящее имя — Борис Николаевич Бугаев (1880-1934). Он родился 26 октября (14 октября по старому стилю) 1880 года в Москве и умер 8 января 1934 года. Андрей Белый прожил жизнь, наполненную духовными исканиями, любовными переживаниями, литературными открытиями и трагическими противоречиями эпохи. Его творчество стало одним из ярчайших воплощений русского символизма — направления, которое стремилось открыть за привычной действительностью другой, невидимый мир.
Борис Бугаев родился в интеллигентной московской семье. Его отец, Николай Васильевич Бугаев, был выдающимся математиком, профессором Московского университета и человеком необычайно широких научных интересов. Мать, Александра Дмитриевна, любила музыку, литературу и светскую жизнь. Дом Бугаевых находился в самом центре культурной Москвы на Арбате. Здесь пересекались научные идеи, философские споры, литературные интересы и художественные впечатления. С ранних лет Борис отличался богатым воображением, восприимчивостью к звучанию слов. Мир представлялся ему не просто совокупностью предметов и событий, а сложной системой знаков, намёков и символов. Впоследствии эта особенность стала основой его художественного мировоззрения.
Однако детство не было безмятежным. Напряжённые отношения родителей, семейные конфликты и одиночество усиливали его склонность к внутренним переживаниям. Мальчик рано научился жить не только во внешнем, но и в собственном воображаемом мире. В 1899 году Борис Бугаев поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета, где учился под влиянием научной атмосферы отцовского окружения. Позднее он занимался также историко-филологическими дисциплинами. Его интересовали философия, религия, история культуры, музыка и проблемы человеческого сознания. Он читал Платона, увлекался философией Канта, размышлял о природу познания и о возможности духовного преображения человека. Но постепенно литература становилась главным призванием молодого мыслителя.
В конце ХIХ — начале ХХ века в русской культуре возникло новое художественное движение — символизм. Его представители полагали, что привычная действительность скрывает глубинные смыслы, а поэзия способна передать то, что невозможно выразить обычной речью. Символизм открывал простор для музыкальности стиха, мистических образов, философских аллюзий и необычных ассоциаций. Андрей Белый стал одним из наиболее оригинальных представителей этого движения. Литературное имя Бориса Бугаева появилось не случайно. Псевдоним Андрей Белый позволили автору создать особый художественный образ, отделённый от повседневной жизни. Имя Андрей имело для него духовные и культурные ассоциации, а слово «Белый» связывалось со светом, чистотой, обновлением и поиском высшего смысла. Под этим именем он вошёл в историю русской литературы как один из главных теоретиков и практиков символизма. Его ранние произведения уже обнаруживали стремление превратить стихотворение в особый музыкальный мир, где важны не только значения слов, но и их звучание, ритм, цвет и эмоциональные оттенки.
В этот день мы читали первое опубликованное в 1902 году произведение Андрея Белого «Симфония (2-я, драматическая)». Каждый присутствующий получил листок со словами этого особого произведения. Мы читали и наслаждались звучанием этих строк Белого. Все живо реагировали на важные слова, которые мгновенно проникали в наши души. Это было возможно, так как «Симфония 2-я, драматическая» была смелым опытом молодого писателя, который стремился превратить прозу в музыку человеческой души. Само слово «симфония» здесь понималось не как обозначение музыкального произведения, а как авторское определение особой литературной формы. Белый хотел выйти за пределы привычной прозы, хотел создать литературное произведение, построенное по законам музыкальной композиции. Литературный текст у него словно обретает звучание оркестра, где отдельные голоса, мотивы, настроения и образы переплетаются, сталкиваются и создают сложную картину духовной жизни эпохи. Проза становится ритмичной, напряжённой, порой напоминающей музыкальную партитуру. Определение «драматическая» указывает на конфликтность изображённого мира, перед нами разворачивается не спокойное описание жизни, а столкновение духовных стремлений, общественных условностей и человеческих страстей.
Сам Андрей Белый объяснял замысел своей книги в предисловии «Вместо предисловия», которое мы зачитали полностью. Он выделил три взаимосвязанных смысла: музыкальный, сатирический и идейно-символический. Всё повествование развивается подобно музыкальному произведению. Повторяющиеся образы и фразы напоминают лейтмотивы, а смена интонаций создаёт ощущение движения музыкальных тем. Белый стремился не столько последовательно рассказать историю, сколько передать смену настроений и внутреннее звучание жизни. Сатирический смысл произведения проявляется в том, что писатель изобразил с иронией некоторые крайности мистицизма и духовные увлечения своей эпохи. Стремление найти высшую истину может оборачиваться самообманом, а возвышенные рассуждения — комической нелепостью. В этом заключается одна из особенностей Белого: он способен одновременно увлекаться мистическими идеями и критически относиться к их поверхностному воплощению.
Наиболее глубокий уровень произведения имеет идейно-символический смысл. За повседневными событиями скрывается ожидание духовного преображения мира. Важнейшими мотивами становятся Вечность, скука обыденного существования и заря — символ возможного обновления. Обычная московская жизнь приобретает философское измерение, а реальные события словно отражают невидимую борьбу духовных сил. Белый передаёт атмосферу города, его повседневную жизнь, интеллектуальные споры, встречи и переживания людей, которые ощущали приближение новой исторической и духовной эпохи. Москва становится своеобразной сценой, на которой разыгрывается драма человеческого сознания. За обычными разговорами, бытовыми эпизодами и комическими ситуациями проступает ощущение чего-то огромного, ещё не наступившего, но уже предчувствуемого.
Для молодого писателя это было время напряжённого ожидания. Он надеялся на духовное обновление человека и культуры, искал признаки грядущего преображения. Поэтому мотив зари приобретает особое значение, это не только утро нового дня, но и надежда на выход из духовной темноты. В этом произведении проявилось стремление Белого преодолеть границы между искусствами. Музыка казалась ему особенно близкой к внутренней жизни человека, поскольку способна передавать чувства и предчувствия, не сводимые к логическому объяснению. «Вторая симфония» Белого — это произведение о человеке, который живёт среди обыденных забот, но не перестаёт вслушиваться в тайну существования. За привычной жизнью ему мерещится другая реальность — мир вечных вопросов, духовных поисков и надежды на обновление.
Читая строки Белого, мы уже не следили за событиями, только вслушивались в них, стремились улавливать повторяющиеся мотивы и искать скрытые связи между внешним и внутренним своим миром. Это было удивительно! Как же замечательно слушать разные голоса всех читающих это необычное произведение гениального русского писателя!
А потом мы ещё пили чай с пряниками, как любил Андрей Белый, и уже читали его замечательные стихи. Мы прочитали его стихи из поэтических сборников «Золото в лазури» (1904), «Пепел» (1909) и «Урна» (1909). В этих его стихах соединились тревога, восторг, ожидание катастрофы и вера в духовное обновление. Он словно вслушивается в дыхание Вселенной, пытаясь уловить гармонию, которая скрывается за хаосом повседневности. И мы это чувствовали, как в стихотворении «Любовь», 1904 года:
«Был тихий час. У ног шумел прибой.
Ты улыбнулась, молвив на прощанье:
«Мы встретимся… До нового свиданья...»
То был обман. И знали мы с тобой,
Что навсегда в тот вечер мы прощались.
Пунцовым пламенем зарделись небеса.
Над морем крики чаек раздавались».
Его поэзия порой напоминает музыкальную композицию, в которой смысл рождается не только из отдельных образов, но и из их движения. В сборнике «Золото в лазури» преобладают солнечные, праздничные, мистические образы. Здесь ощущается ожидание преображения мира, надежда на пришествие новой духовной эпохи. В «Пепле» звучит совсем иная интонация. Поэт обращается к России, её страданиям, народной жизни, бедности и исторической судьбе. Светлая мистическая мечта сталкивается с суровой действительностью. А в «Урне» усиливаются мотивы одиночества, памяти и размышлений о человеческом существовании. Поэтический мир Андрея Белого противоречив, но именно в этом заключается его сила. Он не предлагает читателю готовых ответов, а приглашает пройти вместе с ним путь сомнений, озарений и духовных поисков. Также в стихах Андрей Белый был одним из новаторов стихотворной графики, он использовал знаменитую «лесенку», которую впоследствии развил Владимир Маяковский. В этом стиле мы прочитали такое известное стихотворение Белого «Утро» (1918 год):
«Сухие листья…
Сухой туман…
И в небе -
бледный
океан...
Взлетай,
взлетай,
моя мечта, -
Туда,
где свет
и чистота!
Светлеет
даль...
Уходит
тьма...
И просыпаются
дома».
Интересно представил нам Алексей Ивачёв книги Андрея Белого из библиотеки генерала Ян Чжо (1887-1927), на книгах есть экслибрис с его именем. Это книги из личной библиотеки генерала, который жил в Харбине последние годы своей жизни. Эти книги с экслибрисом представляют сейчас огромную историческую ценность и встречаются изредка в каталогах частных коллекционеров и архивных фондах, посвящённых русской эмиграции в Китае. Мы все подержали, даже полистали эти уникальные книги. А Алексей рассказал нам о жизни этого генерала. Он родился в Китае, но в детстве рано остался сиротой и во время Русско-Японской войны его подобрали артисты известной русской хоровой капеллы Агренева-Славянского. С ними он уехал в Россию, где его крестили, дали имя Сергей и отчество Дмитриевич, в честь руководителя капеллы. Он получил прекрасное гимназическое и духовное образование на Северном Кавказе, блестяще владел русским, английским и французским языками.
После Октябрьской революции Ян Чжо поддержал большевиков. Летом 1918 года во Владикавказе он сформировал и возглавил знаменитый Китайский батальон Красной Армии. Сражался на Северном Кавказе, Тереке и Кубани, лично встречался с видными советскими лидерами. В 1920 году он вернулся в Маньчжурию, скрывая своё революционное прошлое. Благодаря образованию и знанию России он стал незаменимым советником у правителя Маньчжурии маршала Чжан Цзолиня. Он занимал высокие должности начальника дипломатического отдела, представителя на фэнтяньско-советских переговорах и председателя Ревизионного комитета правления КВЖД, дослужился до звания генерал-майора.
В условиях обострения отношений между СССР и Китаем Ян Чжо был арестован фэнтяньскими властями 3 января 1927 года в Харбине и тайно расстрелян на следующий день — 4 января 1927 года. Официальным предлогом стало обвинение в сношениях с Советами (шпионаже в пользу СССР). В рассекреченных позже архивах Коминтерна упоминалось, что Ян Чжо рассматривался советской разведкой как потенциальный кандидат на роль главы гипотетической «Маньчжурской народной республики» в случае успешного просоветского переворота, план которого был раскрыт контрразведкой Чжан Цзолина.
О таком ещё неизвестном нам человеке и о его книгах мы узнали на наших замечательных чтениях вместе. Спасибо большое Алексею Ивачёву и всем присутствующим на этом празднике!
Ждём всех желающих на следующих наших чтениях.
Людмила АНГУС